Французская «конюшня» остаётся в Больших призах. И это единственный положительный итог скандала.
Всемирный совет FIA вчера подвел черту под скандалом, который успели окрестить крашгейтом: команда Renault признана виновной в подтасовке результатов прошлогоднего Гран-при Сингапура. «Конюшня» условно дисквалифицирована до конца 2011 года, Пэт Симондс отстранен от участия в соревнованиях под эгидой FIA на пять лет, а Флавио Бриаторе — пожизненно. Тем не менее ряд существенных вопросов до конца не прояснен.
Первый и главный: а было ли совершено злодеяние? Учитывая молчаливое признание самой команды и бегство двух главных подозреваемых, сомнения, казалось бы, абсурдны. Но все-таки? Де-факто Renault осудили по «беспристрастным» показаниям Нельсиньо Пике и данным телеметрии, в соответствии с которыми бразилец нажал на газ в 17-м повороте существенно раньше обычного, что могло быть и следствием ошибки пилота. Ничем иным доводы против французов не подкреплены. Двое подвергнутых остракизму так и не признали своей вины публично, а их увольнение — косвенная улика, не более того.
В пресс-релизе FIA особо подчеркивается, что Фернандо Алонсо «никоим образом не был связан с нарушениями правил, допущенными Renault F1». Интересно зачем.
Далее, интересны меры наказания. Решение в отношении самой команды и карой-то не назовешь. Понятно, что любая «неусловная» дисквалификация или денежный штраф, скорее всего, повлекли бы за собой уход французского концерна из гран-при, чего FIA категорически не хочет. По сравнению со стомиллионным штрафом Макларена «два года условно» — легкий подзатыльник. Самим англичанам грозили те же меры пресечения с начала сезона — и ничего. За проступок, который Макс Мосли назвал самым тяжким преступлением в истории Формулы-1, Renault заплатила малой кровью — даже удивительно, насколько легко она отделалась.
Как заявил глава Испанской федерации автоспорта Карлос Гарсия, Пике должен нести такую же ответственность, как остальные участники сговора, и никакое давление со стороны команды не может служить ему оправданием. Предоставив Нельсиньо иммунитет, FIA, по словам Гарсии, «создала опасный прецедент».
Кстати, все, кто говорят о беспрецедентности ситуации, слегка лукавят. Как минимум одна подобная авария общеизвестна: в 1990 году Айртон Сенна на Судзуке вынес с трассы своего главного конкурента Алена Проста. Бразилец даже не отрицал, что столкновение было намеренным, и тем не менее не подвергся никакому преследованию, более того, стал чемпионом мира, чего и добивался. Изменились нравы за двадцать лет. К слову, именно Прост, по слухам, скоро станет у руля Renault F1: со своим безупречным реноме он в силах укрепить пошатнувшуюся репутацию марки.
Собственно, с формальной точки зрения Сенна тогда совершил то же самое, что теперь вменяется в вину Нельсиньо Пике и Renault, — подверг риску жизнь и здоровье соперника. Но тогда великого бразильца почему-то сочли рыцарем без страха и упрека, а не опасным хулиганом.
Совсем никак не наказали Пике, хотя непосредственным исполнителем являлся как раз бразилец. Смахивает на послание FIA будущим грешникам: коли набедокурите, но покаетесь да вдобавок сдадите FIA какую-нибудь неугодную персону, ничегошеньки вам не будет. А ведь, между прочим, то, что Нельсиньо вышел сухим из воды, возмутило многих в автоспортивных кругах. Впрочем, Пике в итоге поплатится своей карьерой пилота Ф-1: ни одна «конюшня» теперь его не возьмет. Тоже, кстати, вопрос: неужели Нельсиньо зарубил на корню свою мечту ради мелкой мести?
По информации нескольких итальянских газет, Бриаторе по-прежнему не считает себя виновным и рассматривает возможность подачи гражданского иска против FIA. Это противоречит его прежним заявлениям о том, что он ушел со своего поста сам, чтобы спасти команду.
Получается, единственный, кто в результате разбирательства по-настоящему пострадал, — это Бриаторе. Что наводит на мысль: а не был ли итальянец настоящей целью крашгейта? Точно так же из-за скандала в начале года ушел в отставку другой бунтарь — Рон Деннис. Скорее всего, преступление все же имело место: Флавио не рухнул бы от голословного навета. Но жажда справедливости — последнее, что двигало участниками конфликта. Теперь в Формуле-1 хотят побыстрее все забыть и начать с чистого листа. Что непросто: на носу очередное Гран-при Сингапура.